• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Новости

Интервью с профессором М.К. Сулейменовым

Сулейменов Майдан Кунтуарович, д.ю.н., профессор, академик Национальной академии наук Республики Казахстан, Директор НИИ частного права Каспийского университета, председатель Казахстанского Международного Арбитража, председатель Правления Арбитражной палаты Казахстана (АПК), член Международного Совета при Верховном суде Республики Казахстан, председатель Палаты юридических консультантов «Цивилисты Алматы», арбитр арбитражей России, Украины, Беларуси, Молдовы, Латвии, Эстонии, Узбекистана, Кыргызской Республики, Китая и других арбитражей, член Международной коммерческой экспертной комиссии при Верховном Народном Суде Китая.

Интервью с профессором М.К. Сулейменовым

Майдан Кунтуарович, расскажите, пожалуйста, о нынешнем состоянии МЧП в Казахстане.

- До обретения Казахстаном независимости  в 1991 году МЧП в республике было на нуле. Это было связано с тем, что все вопросы внешних связей решались только через Москву, и в МЧП не было особой необходимости. В юридических вузах даже не было курса МЧП.

Одним из первых заниматься МЧП в Казахстане стал проф. М.А. Сарсенбаев. В частности, он и возглавляемый им институт «Данекер» опубликовал несколько учебных пособий.

Однако проф. М.А. Сарсенбаев по своей основной специализации был профессором по международному публичному праву. Кроме того, все учебные пособия в основном состояли из текстов международных договоров. Текста было немного. Поэтому учебной ценности они не представляли. Да и Институт «Данекер» вскоре прекратил существование, и на этом деятельность проф. М.А. Сарсенбаева в области МЧП закончилась.

Поэтому мне пришлось заняться МЧП и практически создавать его заново. Я начал читать лекции по МЧП и потихоньку готовить кандидатов наук. В настоящее время в Казахстане более десяти кандидатов наук, занимающихся проблемами МЧП. Лекции по МЧП читаются во всех юридических вузах, в основном на основе учебника по гражданскому праву и Комментария к Гражданскому кодексу РК, в которых я написал разделы по МЧП (См.: Гражданское право. Том 3. Учебник для вузов (академический курс) / Отв. ред. М.К. Сулейменов, Ю.Г. Басин. Алматы, 2004. Раздел 12. Международное частное право. С.352-372; Гражданский кодекс Республики Казахстан (особенная часть). Комментарий (постатейный): В двух книгах. Книга 2 / Отв. ред.: М.К. Сулейменов, Ю.Г. Басин. Алматы, 2006.Раздел 7. Международное частное право. С. 640-786)

Мною опубликован ряд монографий по МЧП, в частности:

1. Сулейменов М.К. Правовое регулирование иностранных инвестиций и недропользования в Казахстане (Избранные труды). Алматы, 2006. 414 с.

1. Сулейменов М.К. Актуальные проблемы международного частного права: Курс лекций. Алматы: НИЦ КОУ, 2008. 136 с.

2. Сулейменов М.К. Актуальные проблемы международного частного права: учебное пособие. Алматы: НИЦ Каспийского общественного университета, 2011. 168 с.

3. Сулейменов М.К. Юридические лица в международном частном праве: Курс лекций. Алматы: НИЦ КОУ, 2014.256 с.

5. Международное право и национальное законодательство / Инс-т законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации. М.: Эксмо, 2009. 704 с. Раздел «Влияние международного частного права на национальное законодательство». С. 533-559.

6. Oil and Gas Law in Kazakhstan. National and International Perspectives. Illias Bantecas, John Paterson, Maidan Suieimenov. Kluver Law international. The Hague/London/New York. 2004. Paragraph: “Kazakh Oil and Gas Legislation and the Energy Charter Treaty”.

7. Introduction to the Law of Kazakhstan. Tdited by Zhenis Kembayev. Wolters Kluver.The Netherlands. 2012. Capter 11: “Private International Law”. P. 197-210.

Из работ других авторов можно назвать также:

1. Ахмадиева Г.Д. Правовое регулирование внешнеэкономических контрактов в Республике Казахстан. Алматы: Гылым, 1996. 210 с.;

2. Испаева Г.Б. Право, подлежащее применению к международным договорам купли-продажи товаров. Алматы: Тамтал, 1999. 208 с.;

3. Абдрахманова Э.С. Право собственности в международном частном праве: Учебное пособие. Алматы, 2008. 270 с.;

4. Нукушева А.А. Правовые формы участия иностранных инвесторов в деятельности юридических лиц Республики Казахстан. Монография. Караганда, 2008. 223 с.;

5. Исайкин Д. Оффшоры: теория и практика правового регулирования. Гражданско-правовоая характеристика оффшорной деятельности и ее субъектов. Lap Lambert Academic Hublishing. 2013. 257 c.

Много работ опубликовано по международному коммерческому арбитражу, особенно мною в соавторстве с к.ю.н. А.Е. Дуйсеновой, например:

- Сулейменов М.К., Дуйсенова А.Е. Взаимодействие судов и арбитражей в сфере альтернативного разрешения споров. Международный гражданский процесс. Учебный курс. Астана. 2018. 537 с.;

- Альтернативное разрешение споров в Казахстане: новый этап развития / Отв. ред. М.К. Сулейменов. Алматы: НИИ частного права Каспийского университета, 2020. 640 с.;

- Сулейменов М.К. Дуйсенова А.Е. Научно-практический комментарий к Закону Республики Казахстан «Об арбитраже» (постатейный). Казахстанский международный арбитраж, НИИ частного права Каспийского университета. Алматы: 2020. 512 с.;

- Сулейменов М.К. Арбитражные (третейские) суды в Казахстане: прошлое, настоящее, будущее. Алматы: Казахстанский международный арбитраж, НИИ частного права, 2007. 430 с.

 Мною также выпущены:

 - «Международное частное право (нормативные акты и международные договоры) в 15 томах. Алматы. Высшая школа права «Адилет», НИИ частного право. 1996-2005;

- Международное частное право: сборник документов: Уч. пособие / Сост. М.К. Сулейменов. Алматы: Каспийский общественный университет, 2013. 668 с.

Кроме того, НИИ частного права проводит ежегодные научно-практические конференции в рамках цивилистических чтений по самым актуальным проблемам частного права. Таких конференций проведено уже 21. И в каждом выпуске материалов конференций обязательно содержится раздел «Международное частное право». Молодые юристы – ученые и практики – имеют возможность обкатать свои идеи и заодно получить публикацию, что очень важно для аспирантов и магистрантов.

 

На какой стадии развития находится МЧП Казахстана?

- На современной стадии развития МЧП находится в более-менее удовлетворительном состоянии.

Мне удалось, наконец, на основе лекций, которые я читал в течение двадцати лет, создать полноценный учебник:

Сулейменов М.К. Международное частное право и международный гражданский процесс: Учебник в двух частях / М.К. Сулейменов. Алматы: ТОО «Юридическая фирма «Зангер», 2018. 496 с.

Перспективы развития МЧП в Казахстане есть. Появляются молодые юристы, которые пытаются профессионально овладеть профессией юриста-международника. Большая масса молодых людей свободно общаются на английском языке. Так что мы с надеждой смотрим в будущее.

 

Какие правовые проблемы встречаются в МЧП Казахстана?

- В концептуальном плане раздел Гражданского кодекса, посвященный международному частному праву, в изменениях не нуждается. Есть только четыре статьи, применение которых вызывает споры на практике и допускает различное толкование, в связи с чем требуется внесение соответствующих изменений.

1. В нормах ГК закреплено, что к правам и обязанностям по договору, предметом которого является недвижимость, а также по договору о доверительном управлении имуществом применяется право страны, где это имущество находится, а в отношении имущества, которое внесено в государственный реестр в Республике Казахстан – право Республики Казахстан.

Остается неясным, применяется это положение как императивная норма или только при отсутствии соглашения сторон, как вытекает из названия ст. 1113 ГК. Последний вариант представляется более правильным. Для устранения противоречия между названием статьи и дословным содержанием пункта 2 этой статьи необходимо определенное уточнение норм ГК.

2. Необходимо уточнение положений ГК по регулированию отношений между участниками юридического лица с иностранным участием, связанные с их взаимными правами и обязанностями, которые регулируются правом страны, где учреждено юридическое лицо. Это относится и к случаю передачи доли участия в нем.

Неясно, применяется ли это положение к продаже акций участником открытого акционерного общества. Видимо, не должно применяться, так как в этом случае не затрагиваются права и обязанности других акционеров открытого общества.

3. Требуют концептуального уточнения положения ГК о гражданской правоспособности физического лица с целью придания национального режима для иностранных граждан и лиц без гражданства, в то же время, не лишая иностранцев правоспособности, установленной страной гражданства. Поэтому наиболее разумным представляется смешанный подход, когда правоспособность устанавливается в соответствии и с правом страны гражданства, и с правом Республики Казахстан.

4. Нормы ст. 1102 ГК нуждаются в существенной переработке.

Дело в том, что Закон РК от 5 февраля 2010 года[1], а затем и ГПК 2015 года наконец-то ликвидировали многолетний пробел в законодательстве РК, установив принцип ограниченного иммунитета для иностранных государств. В этом его историческое значение. Однако одновременно с ними в ГК РК была включена совершенно нелогичная и противоречащая законодательству и здравому смыслу норма.

Этим Законом в законодательство РК заложено правило о действии в отношении Республики Казахстан доктрины абсолютного иммунитета в гражданско-правовых отношениях с иностранным элементом с участием государства (п. 2 ст. 1102 ГК).

Включение такой нормы в ГК нельзя признать оправданным в силу следующих обстоятельств. ГК регулирует гражданско-правовые отношения, то есть имущественные и личные неимущественные. Это нормы материального и частного права. Иммунитет государства вытекает из суверенитета государства и связан с освобождением от судебной юрисдикции. Это нормы публичного и процессуального права. Поэтому в любом случае этой норме не место в Гражданском кодексе. Если уж включать ее в национальное законодательство, то только в Гражданско-процессуальный кодекс.

Однако разработчики, видимо, сознательно не стали включать эту норму в ГПК, так как совершенно очевидным является тот факт, что ГПК регулирует гражданский процесс только на территории Казахстана. Об иммунитете государства Казахстан в ГПК речь не идет и идти не может, так как иммунитет нашего государства может относиться только к гражданскому процессу на территории другого государства и нашим ГПК регулироваться не может.

Однако то же самое можно сказать о гражданском законодательстве, так же как о любом ином национальном законодательстве. ГК регулирует гражданско-правовые отношения на территории РК и не может регулировать гражданско-правовые отношения на территории других государств. Это касается и гражданско-правовых отношений с иностранным элементом. ГК может регулировать эти отношения только на территории РК, в том числе и с участием иностранного государства, и не может регулировать подобные отношения на территории других государств, в том числе с участием Республики Казахстан. А в предлагаемой норме речь идет как раз о гражданско-правовых отношениях на территории иностранных государств.

Понятно стремление разработчиков обезопасить собственность республики за границей и закрепить судебный иммунитет РК. Однако следует признать, что в настоящее время это неосуществимо.

Долгое время во всем мире господствовала теория абсолютного иммунитета, в соответствии с которой государство ни при каких обстоятельствах не подвластно судам другого государства без своего на то согласия. Однако в настоящее время большинство государств стало руководствоваться теорией ограниченного (или функционального) иммунитета, согласно которой при осуществлении публичных функций государство пользуется безусловным иммунитетом, но при осуществлении частноправовой деятельности оно лишается иммунитета, причем само вступление государства в частноправовые отношения рассматривается как отказ от иммунитета.

В этих условиях, если возникает иск к Республике Казахстан в какой-либо стране, какие законы будут действовать – законы этих стран или ст. 1102 ГК РК? Думается, что ответ на этот вопрос не вызывает сомнений.

Позиция законодателя по данному вопросу противоречит не только законодательству иностранных государств, но и международным договорам. В этой связи трудно понять логику законодателя, когда с одной стороны, в ГК и в ГПК  закрепляется доктрина абсолютного иммунитета для Казахстана, а с другой стороны, Законом РК от 27 октября 2009 г. Парламент ратифицировал Конвенцию ООН от 2 декабря 1994 г. о юрисдикционных иммунитетах государств и их собственности[2]. Конвенция ООН основана на установлении доктрины ограниченного иммунитета. В ГПК для иностранных государств практически установлены те же случаи неприменения иммунитета государства, что и в Конвенции ООН.

Это означает, что в силу приоритета международного договора над национальным законодательством для Казахстана будут действовать те же ограничения, что и для других государств.

 

Как Вы считаете, есть ли необходимость для казахстанской правовой системы принятия отдельного закона о МЧП? Или нынешнее регулирование через ГК РК является достаточным?

- Международное частное право регулирует те же гражданско-правовые отношения, которые в рамках отдельного государства регулируются нормами гражданского права. Это те же самые имущественные и связанные с ними личные неимущественные отношения, которые регулируются гражданским правом. Это понятия правоспособности, юридического лица, гражданина, права собственности, сделок, гражданско-правового договора и другие.

Основной блок МЧП составляет, несомненно, гражданское право. Однако, кроме него, к МЧП традиционно относят семейное и трудовое право. Гражданское процессуальное право относится, на мой взгляд, к публичному праву, поэтому оно должно рассматриваться отдельно от МЧП. К МЧП можно отнести только международное частное процессуальное право (международное право альтернативного рассмотрения споров – переговоры, медиация, арбитраж).

Поэтому предметом МЧП можно называть гражданско-правовые отношения в широком смысле с включением в них семейно-правовых, трудовых и частно-процессуальных отношений. Более точно говорить о частно-правовых отношениях. 

Международное частное право следует понимать, на мой взгляд, как регулирующее гражданско-правовые отношения международного характера, или  международные гражданско-правовые отношения. Гражданское право здесь понимается в широком смысле слова, включая сюда семейное, трудовое право и частное процессуальное право.

Поэтому я не вижу необходимости в принятии отдельного закона о МЧП.

 

По Вашему мнению, модель какой страны подошла бы для развития МЧП Казахстана?

- МЧП Казахстана создавалось, развивалось и будет развиваться в рамках континентальной системы права. Мы вышли из советской шинели и пока в ней остаемся. Поэтому пока мы пользуемся в своей деятельности моделью России. В дальнейшем будет видно.

 

Вопрос применимого права как часто используется в Казахстанской практике МЧП?

- Довольно часто с выбором применимого права сталкиваются арбитры при разрешении споров, когда стороны внешнеэкономического договора по каким-либо причинам самостоятельно не определили применимое право.

Согласно п. 1 ст. 1084 ГК право, подлежащее применению к гражданско-правовым отношениям с участием иностранных граждан или иностранных юридических лиц либо осложненным иным иностранным элементом, определяется на основании ГК, иных законодательных актов, международных договоров, ратифицированных Республикой Казахстан и признаваемых международных обычаев.

Как правило, при составлении арбитражной оговорки стороны обычно включают в нее оговорку о применимом праве. Такую оговорку включают во внешнеэкономические договоры, стороны которого, основываясь закрепленном в ст. 1112 ГК на принципе автономии воли сторон, вправе самостоятельно выбрать подлежащее применению к их договору право.

Состав арбитража (единоличный арбитр) в таком случае должен разрешить спор в соответствии с нормами права, которое стороны избрали в качестве применимого к рассмотрению спора. Это может быть как право Республики Казахстан, так и иностранное право. В соответствии с п. 1 ст. 1112 ГК договор регулируется правом страны, выбранным соглашением сторон, если иное не предусмотрено законодательными актами Республики Казахстан. Соглашение сторон о выборе подлежащего применению права должно быть явно выражено или прямо вытекать из условий договора и обстоятельств дела, рассматриваемых в их совокупности (п. 2 ст. 1112 ГК). Стороны договора могут избрать применимое право как для договора в целом, так и для отдельных его частей (п. 3 ст. 1112 ГК). Выбор применимого права может быть сделан сторонами договора в любое время как при заключении договора, так и в последующем. Стороны могут также в любое время договориться об изменении применимого к договору права (п. 4 ст. 1112 ГК).

В соответствии с п. 2 ст. 44 Закона РК от 8 апреля 2016 года «Об арбитраже» при отсутствии соглашения сторон о применимом праве арбитраж определяет применимое право в соответствии с коллизионными нормами, которые он сочтет в данном случае применимыми.

Подход законодателя к регулированию данного вопроса был кардинально изменен в прошлом году. До внесения изменений при отсутствии соглашения сторон о применимом праве арбитраж должен был определять применимое право в соответствии с законодательством Республики Казахстан (ст. 1113 ГК РК).

Законом РК от 21 января 2019 г. № 217-VI[3] эта норма была приведена в соответствие с подпунктом 2) ст. 28 Типового закона ЮНСИТРАЛ о международном торговом арбитраже и п. 1. ст. VII Европейской конвенции о внешнеторговом арбитраже 1961 года

Пункт 1 ст. VII Европейской конвенции, которая наделяет арбитражный суд правом определять применимое право в соответствии с коллизионными нормами, которые он считает применимыми, не связывая арбитраж определением применимого права только правом места рассмотрения спора, то есть правом РК.

Европейская конвенция предоставила арбитрам право самостоятельно определять коллизионную норму, по которой должно определяться право, применимое к спору (безусловно, при отсутствии соглашения сторон об ином). До этого считалось, что состав арбитража при выборе применимого права должен руководствоваться коллизионной нормой страны арбитража, по аналогии с тем, как должен был поступить судья государственного суда при рассмотрении спора международного характера. Предоставление арбитрам возможности самостоятельно выбирать коллизионную норму имело целью ограничить влияние национальных систем на арбитраж и сделать его, таким образом, максимально нейтральным в контексте «Запад-Восток». С этой же целью Европейская конвенция установила, что во всех случаях арбитры должны принимать во внимание торговые обычаи[4].

По Вашему мнению, есть ли необходимость в создании МФЦА?

Я уже неоднократно говорил и писал, что казахстанское законодательство вступило в своем развитии в очередной этап, который я назвал этапом экономического кризиса и стагнации.

В условиях жестокого кризиса и развала экономики казахстанское правительство судорожно  пытается найти какие-то рычаги по выводу страны из кризиса. Одним из таких рычагов является привлечение иностранных инвесторов.

5 мая 2015 года на расширенном  заседании Правительства Республики  Казахстан  Президент Республики Казахстан обозначил 100  конкретных шагов по реализации пяти институциональных  реформ в рамках реализации Плана нации. Одной из этих пяти институциональных реформ является обеспечение верховенства закона. В развитие этих реформ Правительство Республики Казахстан предприняло, в частности, ряд законодательных инициатив. Это принятие Конституционного закона о Международном финансовом центре, имплементация британского права в правовую систему Казахстана и принятие Предпринимательского кодекса РК.

Конституционный закон РК от 7 декабря 2015г № 438-V «О международном финансовом центре»  представляет собой удивительный правовой феномен. Трудно представить  себе  принятие такого закона в суверенном государстве.

Чтобы не быть голословным, я приведу ряд выдержек из этого Закона.

Международный финансовый центр «Астана» (далее – Центр) – территория в пределах города  Астаны  с точно обозначенными границами, определяемыми Президентом  Республики Казахстан в которой действует  особый правовой режим (подпункт 1) ст. 1 Закона.

Требования к юридическим лицам и порядок их аккредитации в качестве участников Центра, виды их деятельности, осуществление которых допускается на территории Центра, порядок лицензирования и предъявляемые требования  к участникам Центра, а также порядок создания и регистрации юридических лиц на территории Центра, их организационно- правовые формы определяются Советом по управлению Центром (п. 1 ст. 3 Закона).

Действующее право Центра основывается на Конституции Республики Казахстан и состоит из:

1) настоящего Конституционного закона;

2) не противоречащих настоящему Конституционному закону актов Центра, которые могут быть основаны на принципах, нормах и прецедентах  права Англии и Уэльса и (или) стандартах ведущих мировых финансовых центров, принимаемых органами Центра  в пределах предоставленных настоящим Конституционным законом полномочий;

3) действующего права Республики Казахстан, которое применяется в части, не урегулированной настоящим Конституционным законом  и актами Центра (п. 1 ст. 4 Закона).

Органы Центра вправе принимать акты, которые регулируют возникающие между участниками Цента и (или) органами Центра, и (или) их работниками: 1) гражданско-правовые отношения; 2) гражданско-процессуальные отношения; 3) финансовые  отношения; 4) административные процедуры.

Органы Центра в случаях, прямо предусмотренных настоящим Конституционным законом, принимают акты, регулирующие отношения, не предусмотренные частью первой настоящего пункта (п. 3 ст. 4 Закона).

Режимы валютного регулирования, установленные Законом Республики Казахстан «О валютном регулировании и валютном контроле», не распространяются на валютные операции, проводимые участниками Центра на его  территории (п.4 ст. 5 Закона).

Участники и органы Центра вправе привлекать для осуществления деятельности в Центре  иностранцев и лиц без гражданства  без получения на то решения.

Привлекаемые участниками и органами Центра иностранцы и лица без гражданства освобождены от обязанности получения разрешения  на трудоустройство в Республике Казахстан (п. 4 ст. 8 Закона).

Официальным языком Центра является английский язык, используемый во всех регулируемых Центром сферах общественных отношений на всей территории Центра (ст. 15 Закона).

Акты Центра разрабатываются  и принимаются на английском языке. Допускается перевод актов Центра на казахский или русский язык. Официальный перевод таких актов осуществляет  Центр (ст. 16 Закона).

Введение учетно-статистической, финансовой, финансовой и иной документации на территории Центра осуществляется на английском языке (ст. 17 Закона).

Ответы органов Центра на обращения физических и юридических лиц, в  том числе прилагаемые к ним документы, излагаются на английском языке или языке обращения при условии, что языком  обращения является казахский или русский (ст. 18 Закона).

Судопроизводство в Центре ведется на английском языке, по заявлению сторон с переводом на казахский или русский язык (ст. 19 Закона).

Все сделки участников Центра, совершаемые в письменной форме на территории Центра, излагаются на английском языке, если иное не определено соглашением сторон. Сделки, в которых  одной из сторон является участник Центра, совершаемые в письменной форме, излагаются на английском либо на казахском или русском языках (ст. 20 Закона).

Какая картина вырисовывается на основе анализа Закона?

На территории Казахстана создается территория с точно  обозначенными границами (отметим, что граница – это термин международного права). На этой территории казахстанские законы не действуют, первичными являются акты самого  финансового центра, вторичными – право Англии и Уэльса. Официальный язык центра английский,  делопроизводство ведется на английском, сделки заключаются на английском. Валютное  законодательство РК не действует, трудовое законодательство РК  не действует, налоговое законодательство РК не действует.

Создается анклав  в столице Казахстане, где не действует казахстанские законы.

Я не говорю о противоречии Конституции, где предусмотрены в качестве действующего право РК, я говорю о суверенитете Казахстана, который допускает на своей территории анклав, где действуют Законы иностранного государства и официальным является язык иностранного государства.

И в заключение о суде Центра (ст. 13).

Суд Центра независим в своей деятельности и не входит в судебную систему Казахстана (п. 2 ст. 13).

Суд Центра состоит из двух инстанций: суд первой инстанции и апелляционный суд (п. 3).

Суд Центра не осуществляет уголовное и административное судопроизводство и обладает исключительной юрисдикцией  в отношении:

1) рассмотрения и разрешения споров, возникающих между участниками Центра, органами Центра и (или) их иностранными работниками;

2)   рассмотрения и разрешения споров, касающихся любой операции, осуществленной в Центре  и подчиненной  праву Центра;

3) рассмотрения и разрешения споров, переданных суду Центра по соглашению сторон (п. 4).

Суд Центра при разрешении споров руководствуется действующим правом Центра, а также может учитывать вступившие  в законную силу решения суда Центра по конкретным спорам и вступившие в силу решения судов других юрисдикций  общего права (п. 6).

Решения апелляционного суда Центра являются окончательными, не подлежат обжалованию и обязательны  для всех физических и юридических лиц (п. 7).

На территории Центра также действует Международный арбитражный центр, который формируется и функционирует в соответствии с постановлением Совета Центра «О Международном арбитражном центре» (ст. 14).

Следовательно, деятельность Международного арбитражного центра не подчинена казахстанскому законодательству об арбитраже.

В чем значимость в создании территорий с особым правовым режимом в Казахстане?

- По-моему, это большая глупость, и ничем хорошим это не кончится.

 

По вашему мнению, востребована ли профессия юрист-международник на Казахстаном рынке?

- Смотря что понимать под словом «международник». Если речь идет о юристах, специализирующихся в области международного частного права, то, на мой взгляд, юристы со знанием международного частного права довольно востребованы. Это связано прежде всего с наличием широких внешнеэкономических связей у многих казахстанский компаний.  

 

Какими навыками должен обладать юрист в сфере МЧП?

- Прежде всего, он должен знать гражданское (частное) право, основы семейного и трудового права, частное процессуальное право, сравнительное правоведение, и, конечно, свободно владеть иностранными языками.   

 

С какими трудностями может встретиться новичок в этой сфере?

- Я думаю, что основная сложность международного частного права заключается в его очень и очень широком предмете, более широком, чем частное право отдельной страны. Это практически все гражданско-правовые отношения, осложненные наличием иностранного элемента. Невозможно знать все и быть одинаково хорошим специалистом по всем институтам международного частного права. Поэтому, на мой взгляд, нужно, конечно, знать основные вопросы, но для более узкой специализации обратить свое внимание на какие-то отдельные институты МЧП.        

 

Пожелания нашим читателям.

- Сейчас в Казахстане, как и в странах СНГ в целом, для науки не самое лучшее время. Например, у нас из-за необоснованной ликвидации научных степеней кандидатов и докторов наук и внедрения не до конца подготовленной системы магистратуры и PhD подготовка научных кадров оказались в глубоком кризисе.

Поэтому тем более наука нуждается в практике свежих сил. И я хочу выразить уверенность в том, что если не многие, то хотя бы некоторые из ваших читателей посвятят себя науке. Это весьма увлекательное занятие, которое может сделать вашу жизнь интересной и насыщенной. И вы сохраните вечную молодость.

Текст интервью: Аида Алимжанова


[1] См. Закон Республики Казахстан от 5 февраля 2010 года № 249-IV «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Республики Казахстан по вопросам иммунитета государства и его собственности, совершенствования деятельности третейских судов и международного коммерческого арбитража».
[2] См. Казахстанская правда.  29 октября 2009 г.
[3] Закон Республики Казахстан от 21 января 2019 г. № 217-VI «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Республики Казахстан по вопросам усиления защиты права собственности, арбитража, оптимизации судебной нагрузки и дальнейшей гуманизации уголовного законодательства».
[4] Подробнее см.: Международный коммерческий арбитраж. Учебник / Под ред.: В.А. Мусина, О.Ю. Скворцова. СПб.: АНО «Редакция журнала «Третейский суд»; М.: Инфотропик Медиа, 2012. С. 42-45.