• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Новости

Интервью с Кайсиным Дмитрием Валерьевичем

Интервью с Кайсиным Дмитрием Валерьевичем

Дмитрий Валерьевич, добрый день! Я рада, что Вы нашли время для беседы. Расскажите, пожалуйста, о себе, о том, как началась Ваша преподавательская деятельность.

- Добрый день, Оксана! В 1996 году я окончательно решил, что пойду поступать в юридический институт. Поступил в Московскую государственную юридическую академию (далее – МГЮА). На 4 курсе у нас была специализация. Мне было интересно, с академической точки зрения, уголовное право. Поэтому я специализировался на нем. В 2002 г. закончил МГЮА и в тот же год поступил в аспирантуру. Через 2,5 года я защитил диссертацию по уголовному праву. Уголовное право и уголовный процесс у меня в дальнейшем, скажем так, не пошли. В начале карьеры занимался преимущественно корпоративным правом, затем фокусировался на судебно-арбитражной практике. Первые десять лет я был то инхаусом, то практиковал в адвокатских образованиях. Когда работал в головной компании холдинга «Русский стандарт», понял, что определенно   хочу заниматься международными проектами. В 2010 г. плотно занялся подготовкой документов для поступления и сдаче TOEFL. На это ушло очень много времени и сил. Направил заявления в пять юридических школ США, в конечном итоге поступил в Нью-Йоркский университет и в июле 2011 г. уехал учиться.

Мне всегда было интересно преподавание. Я немного преподавал, когда был аспирантом в МГЮА. Мои коллеги по работе и родственники, говорили о том, что у меня неплохо получается доносить правовую информацию до слушателей, излагать ее доступным языком. В 2019 г. мне поступило предложение от коллеги по ЕПАМ и сотрудника ВШЭ преподавать международный инвестиционный арбитраж. Заинтересовался этой темой. После этого началась моя коммуникация с Наталией Юрьевной Ерпылевой, итогом которой стало то, что сначала прочитал две лекции у Дмитрий Максимова в его курсе «Инвестиционное право» и далее полноценно начал преподавать в 2020 году. 2021 год – это второй год мой преподавательской деятельности. Правда, у меня есть сомнения по поводу того, нужно ли продолжать преподавательскую деятельность. 

 

Серьезно? Почему у Вас есть сомнения?

- Для меня это миссия гуманитарная и дополнительная к основной адвокатской деятельности. Подготовка к лекциям, проверка заданий, различные дополнительные мероприятия организационно-административного характера в ВШЭ требуют большого внимания, они занимают много времени. Преподавание – очень ответственная миссия в моем понимании. Поэтому я порой задумываюсь, а хватит ли у меня сил. Я должен делать основную работу и преподавать хорошо, даже отлично. Не могу сказать, что я перфекционист, но на высоком профессиональном уровне я должен делать то, во что вовлечен. Поэтому иногда у меня возникает конкуренция задач и сомнения: посвятить ли мне сейчас время своей адвокатской деятельности, либо провести время с семьей, либо выделить это время на научно-преподавательскую деятельность. 

 

Несмотря на то, что у Вас есть образование по специализации «Уголовное право», Вы защитили кандидатскую диссертацию по уголовному праву, нет ли у Вас в душе какой-то тяги к уголовному праву? Ведь то, чем Вы сейчас занимаетесь – это абсолютно другая область.

- Сейчас я занимаюсь своим любимым делом. Имею в виду в первую очередь международный арбитраж. Параллельно у меня есть российские судебные проекты, преимущественно дела о банкротстве в финансовом секторе. Фундаментальные знания уголовного права, уголовного процесса порой помогают мне участвовать в дискуссиях, в том числе по междисциплинарным темам, с коллегами-уголовными адвокатами.

 

Дмитрий Валерьевич, расскажите, пожалуйста, о специализации международное частное право. В чем, на Ваш взгляд, ее главная особенность?

- Я фокусировался в Нью-Йорке на международном судопроизводстве и международном арбитраже. Эти темы позволяют соприкасаться с очень интересными и одновременно сложными вопросами, которые находятся на острие национального и международно-правового регулирования процессуальных отношений прежде всего. Они интересны тем, что ты разбираешь коллизии, конфликты между правовым системами, применяешь международные договоры и обычаи, оперируешь теми сложными категориями, над которыми обычный юрист не задумывался и никогда не использовал в своей практической деятельности. Развитие доктрины и практики в этой области очень интенсивное, несмотря на то что мы, скорее, наблюдаем сейчас антиглобализационные тенденции.

 

Права ли я буду, если предположу, что юрист в сфере МЧП может реализоваться не только в сфере МЧП, но и в других областях? Или он может реализоваться только в этой узкой специализации?

- МЧП, я бы сказал, это мегаотрасль права. На мой взгляд, нельзя быть просто специалистом в МЧП. У тебя все равно должна быть определенная, узкая специализация в рамках МЧП. Однако это вовсе не означает, что ты не можешь специализироваться на институтах, не имеющих к МЧП никакого отношения.

 

Дмитрий Валерьевич, правильно ли я поняла, что вы занимаетесь международным инвестиционным арбитражем около 10 лет.

- Я занимаюсь международным арбитражем в принципе, не только международным инвестиционным арбитражем. Начинал с коммерческого арбитража. Раньше по инвестиционному арбитражу были какие-то единичные кейсы, а сейчас их количество стремительно растает. Первый инвестиционный спор ко мне пришел в 2013 году.

 

Можете ли Вы сейчас сказать, что Ваши научные интересы сформированы?

- Нет, абсолютно не так. Длительное время я много времени уделял теме юрисдикционного иммунитета иностранных государств, в том числе подготовил выпускную работу в Нью-Йоркском Университете, опубликовал несколько статей, выступал с докладами на конференциях.  Хотя я продолжаю следить за публикациями и судебными решениями, но публично уже давно о себе не заявлял по данной теме. Обычно новые темы возникают в ходе работы над конкретным клиентским проектом, углубляешься в доктрину и практику применения, в моменте рождается интересная тема для статьи или публичного выступления. 

С другой стороны, новые темы возникают внезапно, порою вследствие стечения обстоятельств – особого внимания профессионального сообщества, обсуждения с коллегами. 

 

А есть ли какие-то вопросы, над которыми Вы сейчас работаете? Готовятся ли к публикации Ваши научные статьи?

- В этом году подготовили с коллегами по АБ «Рыбалкин, Горцунян и партнеры» четыре статьи на никак не связанные между собой процессуальные темы, три из них касаются международного арбитража.

 

Дмитрий Валерьевич, у Вас большой опыт работы в адвокатуре, поделитесь каким-нибудь интересным случаем из Вашей практики, за который испытываете гордость.

- Самое яркое впечатление – это участие в слушаниях, которые проводились в Дворце правосудия в Гааге, это был международный инвестиционный арбитраж. Месяцы подготовки, бессонные ночи, работа в команде высоких профессионалов.

 

Вы упомянули, что очень долгий срок подготовки к слушаниям именно в арбитраже. Чем вызван такой длительный срок? 

- Подготовка к слушаниям по сложным делам занимает 3-4 месяца, а весь процесс от момента подачи уведомления в арбитраже до проведения слушания по юрисдикции или по существу в инвестиционном арбитраже – 2-3 года в среднем. Необходимо подготовится к процессуальной конференции в преддверии слушания, провести собеседования со свидетелями и экспертами, организовать устный перевод их показаний, если не владеют языком разбирательства, согласовать различного рода процессуальные документы технического характера с адвокатами оппонента, и т.д. и т.п. Очень много параллельных задач решается на этапе подготовки к слушаниям.

 

Дмитрий Валерьевич, много ли сейчас на рынке специалистов-профессионалов в области международного арбитража?

-Я считаю, что достаточное количество. Не думаю, что российский рынок испытывает недостаток специалистов в области международного арбитража, в принципе, и международного инвестиционного арбитража, в частности. Такие специалисты есть как в российских юридических фирмах, так и в международных юридических фирмах. Многие из таких специалистов, которых я лично знаю, прошли обучение в западных школах.

 

Можете ли Вы назвать зарубежную страну, которая готовит таких специалистов на высоком уровне?

- Я считаю, что американское образование является одним из самых сильных. Я выбирал между английскими, европейскими и американскими школами права. Я не жалею, что поехал в США на обучение: нагрузка выше, читать приходилось больше по сравнению, например, с европейскими школами права, конкуренция между студентами очень высокая. Много приходилось работать самостоятельно, делать домашней работы, и для меня, как для выпускника российской школы права, это было необычно, потому что объем домашнего чтения был просто запредельный. Российские студенты, как правило, не ожидают такого подхода.

 

Это была магистерская программа?

- Да, это была магистерская программа, LL.M.

 

Где Вам удалось выучить английский язык на таком хорошем уровне, который позволил пройти обучение на магистерской программе в США?

- Я занимался регулярно с репетиторами лет с 10, ездил два раза в языковые школы Англии, с проживанием в семьях, в работе использовал язык, смотрел фильмы на английском языке – все это оказалось очень полезным. Тем не менее перед подготовкой к TOEFL мне пришлось, скажем, реально поднапрячься, чтобы сдать. Конечно, в Нью-Йорке я сильно подтянул язык – как бытовой, так и профессиональный.

 

А остались ли у Вас друзья после обучения в США?

- Обучение за границей – это не только и не столько получение новых знаний, сколько приобретение новых контактов, товарищей и друзей со всего земного шара, я здесь не преувеличиваю, всего земного шара. Однокурсники летают друг к другу на свадьбы, просто в путешествиях по личным или бизнес-целям встречаемся. Например, я был на свадьбах однокурсников в Бразилии, Панаме, Норвегии, на Филиппинах, нас пригласили во Францию и США в следующем году. Надеюсь, пандемия не станет препятствием. В определенный момент обучения в Нью-Йорке ко мне пришло осознание, что мир - он не такой большой и разный, что все мы испытываем одни и те же трудности, радуемся одним и те же вещам, так что мы все очень похожи.

 

Вы упомянули пандемию, а что изменилось в Вашей жизни с наступлением пандемии, может что-то поменялось в работе?

- В работе, конечно, стало меньше живого межличностного контакта. Мне его не хватает не только на работе, но и в процессе преподавания. Мне бы хотелось видеть студентов в аудиториях, обмениваться энергиями, наверное. Передвигаться по миру мы стали значительно реже. Я всегда получал большое удовольствие от путешествий. Пандемия - это, конечно же, вызов, и я думаю, что это очень надолго, если не навсегда. За короткий промежуток времени и национальные суды, и арбитражные институты смогли перестроить порядок работы, утвердить новые протоколы проведения заседаний и взаимодействия со сторонами. Переход в «цифру» - общемировой тренд, он только утвердился в ковидные годы. К нему призывают и экологи. Например, в 2020-2021 г. на арену вышла компания Greener Arbitration, которая пропагандирует отказ в арбитраже от обмена бумажными версиями процессуальных заявлений, электронный документооборот, онлайн слушания, отказ от авиаперелетов, что в конечном счете влечет снижение выбросов углекислого газа в окружающею среду, сохранение лесов на планете. В рамках данной инициативы разработаны различные протоколы для арбитражных институтов, арбитров, спорящих сторон.

 

Дмитрий Валерьевич, на Ваш взгляд, какими навыками должен обладать юрист в сфере МЧП, международного арбитража?

- Помимо фундаментальных знаний, во-первых, владение английским языком на высоком уровне. Желательно знание и других языков: французского, испанского прежде всего. Приходится очень много читать на иностранных языках. Во-вторых, важны коммуникативные способности, навыки наладить диалог с членами команды, иностранными коллегами. В-третьих, важна инициативность и открытость новым идеям, порою даже революционным в праве. В-четвертых, широкий кругозор.

 

Насколько на ваш взгляд сегодня востребованы специалисты в области международного арбитража? Насколько они будут востребованы в будущем?

- Думаю, что такие специалисты будут востребованы. Международный коммерческий арбитраж развивается, в мировых масштабах весьма активно. С другой стороны, налицо кризис международного инвестиционного арбитража, III Рабочая группа ЮНСИТРАЛ ведет уже несколько лет работу по реформированию системы. Тем ребятам, которые интересуются международным арбитражем, я бы посоветовал не ограничиваться узко международным арбитражем, не отказываться от работы по делам, рассматриваемым российскими арбитражными судами. Наличие опыта работы в российском государственном арбитраже и третейских судах – это абсолютное преимущество при приеме на работу в практику разрешения споров. 

 

Дмитрий Валерьевич, что Вы пожелаете студентам ВШЭ.

- Я пожелаю студентам интересоваться жизнью, быть открытыми миру, много читать и учить иностранные языки. Юристу, особенно международнику, нельзя останавливаться в образовательном процессе. Нужно идти в ногу со временем, а для этого помимо чтения, следует общаться со своими коллегами, обмениваться опытом, разговаривать, обсуждать проблемы для того, чтобы находить лучшие решения.

 

Дмитрий Валерьевич, благодарю Вас за интересную и искреннюю беседу!

Интервью подготовила Оксана Родная