• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта
ФКН
Контакты

109028, Москва,
Б. Трехсвятительский пер, 3.
email: lawfacult@hse.ru

Деканат: (495) 772-95-90
(доб. 22299 или 22298)

Учебный офис (бакалавриат):

(495) 772-95-90 (доб.22852; 23008; 22899; 23009)

Учебный офис (магистратура):

Менеджер Горбунова Анна Юрьевна
(495) 772-95-90 (доб. 22275)

Менеджер Федченко Инна Викторовна

(495) 772-95-90 (доб. 22738)

факс: (495) 772-95-90 (доб. 23005)

Руководство

Научный руководитель Иванов Антон Александрович

Декан Салыгин Евгений Николаевич

Первый заместитель декана Старженецкий Владислав Валерьевич

Заместитель декана по научной работе Полдников Дмитрий Юрьевич

Заместитель декана по административной работе Мамедова Фатима Фармановна

Заместитель декана по финансовой работе Маркунцов Сергей Александрович

Заместитель декана по организации ознакомительной производственной практики и внеаудиторной работе со студентами Карпенко Ольга Ивановна

Заместитель декана по работе с выпускниками и работодателями Мазаев Дмитрий Владимирович

Заместитель декана по работе с абитуриентами Барышева Ксения Александровна

Мероприятия
Образовательные программы
Бакалаврская программа

Юриспруденция

4 года
Очная форма обучения
135/80/20
135 бюджетных мест
80 платных мест
20 платных мест для иностранцев
RUS
Обучение ведётся на русском языке
Бакалаврская программа

Юриспруденция: частное право

4 года
Очная форма обучения
30/30/5
30 бюджетных мест
30 платных мест
5 платных мест для иностранцев
RUS
Обучение ведётся на русском языке
Магистерская программа

Адвокат по гражданским и уголовным делам

2 года
Очная форма обучения
20/10/2
20 бюджетных мест
10 платных мест
2 платных места для иностранцев
RUS
Обучение ведётся на русском языке
Магистерская программа

История, теория и философия права

2 года
Очная форма обучения
20/10/2
20 бюджетных мест
10 платных мест
2 платных места для иностранцев
RUS
Обучение ведётся на русском языке
Магистерская программа

Корпоративный юрист

2 года
Очная форма обучения
20/15/2
20 бюджетных мест
15 платных мест
2 платных места для иностранцев
RUS
Обучение ведётся на русском языке
Магистерская программа

Международное частное право

2 года
Очная форма обучения
20/15/2
20 бюджетных мест
15 платных мест
2 платных места для иностранцев
RUS
Обучение ведётся на русском языке
Магистерская программа

Правовое обеспечение управления компанией и персоналом

2 года
Очная форма обучения
20/10/3
20 бюджетных мест
10 платных мест
3 платных места для иностранцев
RUS
Обучение ведётся на русском языке
Магистерская программа

Правовое регулирование в фармацевтике и биотехнологиях

2 года
Очная форма обучения
20/15/5
20 бюджетных мест
15 платных мест
5 платных мест для иностранцев
RUS
Обучение ведётся на русском языке
Магистерская программа

Право информационных технологий и интеллектуальной собственности

2 года
Очная форма обучения
20/15/5
20 бюджетных мест
15 платных мест
5 платных мест для иностранцев
RUS
Обучение ведётся на русском языке
Магистерская программа

Право международной торговли, финансов и экономической интеграции

2 года
Очная форма обучения
20/10/5
20 бюджетных мест
10 платных мест
5 платных мест для иностранцев
ENG
Обучение ведётся на английском языке
Магистерская программа

Публичное право

2 года
Очная форма обучения
20/10/2
20 бюджетных мест
10 платных мест
2 платных места для иностранцев
RUS/ENG
Обучение ведётся на русском и английском языках
Магистерская программа

Финансовое, налоговое и таможенное право

2 года
Очная форма обучения
20/10/2
20 бюджетных мест
10 платных мест
2 платных места для иностранцев
RUS
Обучение ведётся на русском языке
Магистерская программа

Юрист в правосудии и правоохранительной деятельности

2 года
Очная форма обучения
20/15/2
20 бюджетных мест
15 платных мест
2 платных места для иностранцев
RUS
Обучение ведётся на русском языке
Магистерская программа

Юрист в сфере спорта

2 года
Очная форма обучения
20/20/2
20 бюджетных мест
20 платных мест
2 платных места для иностранцев
RUS
Обучение ведётся на русском языке
Книга
Competition Law and Policy and the Food Value Chain

Lianos I., Claudio Lombardi, Moss D. L. et al.

Iss. 1-2016: Concurrences Review. NY: The Institute of Competition Law, 2016.

Статья
Concept, Legal Nature and Law Applicable to Recognition and Enforcement of Foreign Judgments

Kasatkina A.

Czech Yearbook of International Law. 2016. No. VII. P. 165-181.

Глава в книге
Minimal Unit of Legal Translation vs. Minimal Unit of Thought

Vlasenko S. V.

In bk.: The Ashgate Handbook of Legal Translation. Farnham: Ashgate, 2014. Ch. 6. P. 89-120.

Статья
Criteria for Copyrightability in Russian Copyright Doctrine and Judicial Practice

Kashanin A.

Russian Law Journal. 2016. Vol. IV. No. 2. P. 26-61.

Книга
Cyber law in Russia

Bogdanovskaya I. J., Kalyatin V., Savelyev A. et al.

Alphen aan den Rijn: Wolters Kluwer International Publishing House, 2016.

Препринт
Business transaction invalidity in the context of the principle of legality

Totyev K. Y.

Law. LAW. Высшая школа экономики, 2016. No. 2.

Препринт
Formation of Credit Rating Agency Regulation in Russia

Selivanovskiy A.

Law. LAW. Высшая школа экономики, 2016

Препринт
The Founders Of 16th Century Belgian Realism in Private International Law Doctrine

Getman-Pavlova I. V.

Law. LAW. Высшая школа экономики, 2016. No. WP BRP 64/LAW/2016.

Книга
Международное право: Учебник

Ромашев Ю. С., Русинова В. Н., Егоров С. А. и др.

М.: Статут, 2016.

Статья
Where ‘fiscal’ Cannot Mean ‘financial’: A Case Study at the Crossroads of Legal and Public Service Translation Taxonomies

Vlasenko S. V.

New Voices in Translation Studies. 2016. No. 14. P. 46-73.

«Международное право – интеллектуальный вызов для современных юристов»: интервью с Верой Русиновой


Пресс-центр факультета права продолжает беседовать с преподавателями, успешно защитившими в 2016 г. докторские диссертации. В их числе В. Н. Русинова, исследование которой посвящалось соотношению норм международного гуманитарного права и международного права прав человека. Пресс-центр факультета права обсудил с Верой Николаевной выбор темы исследования, жизнь учёного после защиты диссертации и сложности балансирования на грани между политикой и правом.

Почему Вы решили заниматься международным публичным правом?

Это решение во многом связано с тем, что в течение нескольких лет, учась на юридическом факультете, я увлекалась публичным правом, прежде всего конституционным. Увлечение это в свою очередь во многом определилось политической атмосферой тех лет в России. Период моего обучения в 10–11-ых классах, первые годы на юридическом факультете совпали с эйфорией середины 1990-х гг., когда только поменялась Конституция, отрасли российского права стали наполняться новым содержанием, началось развитие конституционного права и представлений о правах человека. Казалось, что сейчас мы пойдём по новому, демократическому пути, и при этом будем ориентироваться на международное право как на некий высший стандарт.

К тому же на протяжении учёбы я несколько раз ездила по обмену в Германию. На четвертом курсе во время семестровой стажировки в Гёттингене я стала ходить на лекции профессора Георга Нольте (сейчас он не только профессор международного публичного права в Гумбольдском университете в Берлине, но и член Комиссии международного права ООН). Профессор Нольте настолько увлекательно и неординарно читал лекции, что на меня это оказало, наверное, решающее влияние. Думаю, именно тогда я поняла, что международное публичное право – та область, в которой мне хотелось бы специализироваться.

Как Вы перешли от узкой темы кандидатской работы (посвященной нарушениям в международном гуманитарном праве, индивидуальной уголовной ответственности и судебному преследованию) к намного более обширной теме докторской работы?

В моём случае выбор темы исследования во многом зависел от событий, происходивших в это время в мире. Тема кандидатской работы сформировалась в 2001 – 2002 гг. во время вооруженного конфликта в Чечне (режим КТО был отменен в 2009 г. - прим. пресс-центра факультета права). В то время были весьма актуальны вопросы квалификации конфликта и поведения сторон, возможности привлечения к ответственности. Международный уголовный суд был создан совсем недавно (Римский статут МУС вступил в силу в 2002 г. – прим. пресс-центра ). В те годы начала активно развиваться практика Международного трибунала по бывшей Югославии, нормы международного гуманитарного права получили второе дыхание благодаря толкованию и применению в конкретных делах. На фоне этого мне было очень интересно исследовать проблемы, связанные с международным гуманитарным правом, уголовной ответственностью и судебным преследованием, тем более, что они были актуальны и для конфликта в Чечне.

Тему докторской диссертации начала обдумывать с 2006 г. В то время в мировой повестке было ужесточение государствами мер по борьбе с международным терроризмом, что и вывело меня на проблему поиска баланса между международной безопасностью и соблюдением прав человека, вопрос о том, насколько может ограничить государство права гражданина ради защиты от террористической угрозы? Занимаясь этой тематикой, я быстро вышла на другую, более фундаментальную проблему, а именно: на соотношение режимов международного права прав человека и международного гуманитарного права. На первый взгляд, несоответствия нет: первый создан для правового регулирования в мирное время, второй – во время вооруженных конфликтов. Однако нормы международного права прав человека действуют и в вооруженных конфликтах, а борьба с терроризмом имела место и в мирное время, и на фоне вооруженного конфликта. Так я вышла на проблематику определения объема и сферы применения прав человека в вооруженных конфликтах. Сконцентрировавшись на данной теме, на третьем году исследовательской работы поняла, что могу предложить новый подход. (В докторской диссертации В.Н. Русинова ввела в научный оборот понятие «интеграционная теория». – прим. пресс-центра).

Планируете ли Вы в дальнейшем продолжать работу над предложенной Вами интеграционной теорией?

Не берусь предположить, насколько востребована будет моя идея, повлияет ли она на развитие теории международного права, вместе с тем появляются новые дела, по которым выносятся судебные решения, остается масса проблем в области экономических и социальных прав человека в вооруженных конфликтах, поэтому, несомненно, остаётся простор для развития этой теории и её испытания на практике. Тем не менее, я планирую дальше переключиться на другие научные проблемы, например, на давно интересовавшую меня тему международной безопасности, применения силы в международном праве, кибербезопасности. 

На Ваш взгляд, насколько верным будет утверждение, что учёному, занимающемуся международным правом, проще выйти на актуальную проблему, чем его коллегам в других отраслях или сферах права?

Я думаю, это утверждение близко к истине. Приведу два примера. На ежегодно читаемом мной курсе лекций по международному публичному праву я даю студентам выборку новостей за неделю и предлагаю определить, какие нормы международного права имеют к ним отношение. Несколько дней назад я опять подобрала новости, а накануне лекций половину пришлось менять. Прошло всего два дня, а столько всего произошло, что понадобилась новая новостная подборка!

Второй пример тоже свежий: в этом году я впервые вела в магистратуре курс по международному праву договоров. На последнее занятие у меня был запланирован игровой судебный процесс, специально придумано дело. Но за две недели до игрового процесса Российская Федерация решила приостановить действие имевшегося с США договора по утилизации плутония. Это настолько плодотворная тема для обсуждения, с ней связано столько различных юридических проблем и тонкостей, что я, конечно, махнула рукой на старый кейс, и за два дня подготовила новый.

Ситуация в мире меняется ежедневно, постоянно возникают новые проблемы и вопросы, поэтому да, наверное, вопросы доказывания актуальности своих работ юристов, занимающихся международным правом, беспокоят не так сильно, как некоторых их коллег в иных отраслях.

Помимо преподавательской работы Вы занимали несколько важных руководящих постов (первый заместитель декана, академический руководитель бакалаврской программы). Как у Вас получилось совмещать административную и организаторскую работу с исследовательской?

Это очень сложно. Я считаю, что полноценную организаторскую и научную деятельность сочетать нельзя. Рано или поздно придётся выбирать между ними. Можно некоторое время держаться за счёт накопленного материала, использовать его для написания научных статей. Так и было со мной: в 2012 г. я вернулась со стажировки в Гейдельберге, а уже через год меня пригласили на руководящую должность в НИУ ВШЭ.  

Скажите, пожалуйста, как поменялась Ваша жизнь как исследователя после успешной защиты диссертации?

Удивительное ощущение: я восемь лет жила с чётко понятной целью – защитить докторскую диссертацию, а теперь эта цель достигнута и пора двигаться дальше. Меня предупреждали, что будет сложно после защиты, сложно без цели, с которой жил столько лет, ради которой можно было и семью в субботу оставить, уехав в библиотеку, и на стажировку отправиться, и встать в пять часов утра, и лечь в три часа ночи, нанять няню детям. А когда защита наконец состоится, то возникает вопрос: «А для чего я живу, что делать теперь?».

Пока я шла к этой цели, то мне казалось, что это самый тяжелый период, что я стольким жертвую ради её достижения, что потом будет легче. Но оказалось, что самый сложный период не до защиты, а после неё. Во-первых, нужно ставить перед собой новую цель, чтобы она так же сильно мотивировала меня как учёного. Сильная мотивация особенно важна для самоорганизации и поддержания внутренней дисциплины. Во-вторых, необходимо выбрать новую тему для исследований. Во время диссертационного исследования идёт работа над конкретной темой, ученый не позволяет себе отклоняться от неё. А теперь, когда открывается такой простор для выбора, возникает некое «соревнование целей»: какая тема мне подходит, какая интересна? Может быть, написать учебник? Или заняться разработкой новой темы на английском? Может, записать дистанционный курс? Сложно выбрать!

В международном публичном праве тесно переплетены право и политика. Как разобраться в этом хитросплетении юристу, проводящему исследование?

Мне в этом плане очень импонирует аллегория, которую приводил Марти Коскенниеми, во время своих выступлений на факультете права в октябре 2016 г. и которых говорил в своем интервью. Это знаменитое изображение «утка-кролик», суть которого в том, что при взгляде на него можно увидеть либо утку, либо кролика. То есть, одни и те же факты можно представить с одной точки зрения, можно – с другой, но не одновременно с обеих. В случае с международным правом, можно описать факты в соответствии с политическим языком и конъюнктурой, а можно – с точки зрения права. Для юриста-международника очень важно отделять юридические аргументы от политических. Я абсолютно согласна с профессором Коскенниеми, предупреждавшим студентов, что попытки выработать компромиссные аргументы, сочетающие право и политику, весьма опасны и непрофессиональны.

Однако вопрос о связи права и политики упирается в тонкую грань между правом "как оно есть" и правом "каким оно должно быть". Международное право, конечно, развивается, можно и нужно задаваться вопросами, какие новые подходы могут быть полезны и эффективны, в каких сферах требуется новое регулирование. Это всё ещё право или уже политика? Мартти Коскенниеми, например, предостерегает юристов от углубления в такие вопросы, он считает, что будущее – территория политиков. Однако как представитель критической школы права этот ученый фокусируется прежде всего на деконструкции правовой реальности. Я же считаю, что для юриста важно задумываться и о том, каким право должно быть, не отрицая при этом важности критического подхода как одного из методов. 

Дайте, пожалуйста, совет начинающим исследователям и студентам, интересующимся международным правом, – на какие темы обратить внимание?

Если вам интересно международное право, то проблем с поиском темы исследования не будет. Мой опыт с поиском новостей для лекции показывает: достаточно проанализировать происходящее в мире, чтобы увидеть большое количество актуальных проблем и насущных вопросов, остающихся без ответа. Сейчас очень важны вопросы информационной безопасности. Всё, что связано с развитием технологий, будет оказывать серьёзное влияние на международное публичное право. В последнее время резко увеличивается количество международных судов и организаций, из-за чего возникает такое хитросплетение норм, обычаев, доктрины и практики, в котором очень сложно разобраться, но это как раз и нужно сделать. Международное право – это серьёзный интеллектуальный вызов для современных юристов.

 

Текст: Ксения Эггерт

                                             Фото: Екатерина Коростей